Библиотека knigago >> Литература по эпохам >> Литература ХIX века (эпоха Промышленной революции) >> Заколдованная усадьба

Валерий Лозинский - Заколдованная усадьба

Заколдованная усадьба

На сайте КнигаГо можно читать онлайн выбранную книгу: Валерий Лозинский - Заколдованная усадьба - бесплатно (полную версию книги). Жанр книги: Литература ХIX века (эпоха Промышленной революции), Зарубежная классическая проза, Советские издания, год издания - 1984. На странице можно прочесть аннотацию, краткое содержание и ознакомиться с комментариями и впечатлениями о выбранном произведении. Приятного чтения, и не забывайте писать отзывы о прочитанных книгах.

Книга - Заколдованная усадьба.  Валерий Лозинский  - прочитать полностью в библиотеке КнигаГо
Название:
Заколдованная усадьба
Валерий Лозинский

Жанр:

Литература ХIX века (эпоха Промышленной революции), Зарубежная классическая проза, Советские издания

Изадано в серии:

неизвестно

Издательство:

неизвестно

Год издания:

ISBN:

неизвестно

Отзывы:

Комментировать

Рейтинг:

Поделись книгой с друзьями!

Краткое содержание книги "Заколдованная усадьба"

В романе известного польского писателя Валерия Лозинского "Заколдованная усадьба" повествуется о событиях, происходивших в Галиции в канун восстания 1846 года.


Читаем онлайн "Заколдованная усадьба". Главная страница.

. Иллюстрация № 1


Этот роман автор посвящает Яну Захарьясевичу в знак дружбы и уважения


ЧАСТЬ ПЕРВАЯ


I

КОРЧМА «У ОРГАНИСТА»

Величайший человек нашего века сетовал в иные минуты на то, что не может быть своим собственным внуком. Мы же, бедные романисты, томимся обратным желанием, мы скорбим о невозможности быть собственными дедами. О, если бы мы родились на свет хоть лет на сто раньше! Слишком тяжко ныне наше призвание, слишком трудна задача.

Современный роман, - пишет один из нынешних немецких профессоров эстетики,- даже если нет у него никаких иных целей, кроме развлекательных, должен искриться чудесными красками и блеском фантазии, как сказка из «Тысячи и одной ночи», и вместе с тем дышать правдой и естественностью самой жизни; он обязан всякий раз открывать нам все новые, дотоле неизвестные стороны души и сердца человеческого и всякий раз подводить нас к новым, неожиданным выводам; однако при этом он должен опираться на предельную простоту чувства, на самые общие и понятные каждому психологические истины, свободные от какой бы то ни было исключительности. Только в таком случае он будет более или менее соответствовать своей задаче.

Но это бы еще полбеды. С этими и подобными требованиями можно бы еще справиться, если б при теперешнем расцвете романа не так трудно было бы уберечь от нареканий свою репутацию писателя.

Роман наш, хотя и набрал в последнее время силу, все еще действует в таких тесных рамках, что бедному романисту стоит только сделать шаг, как он нос к носу столкнется с десятком предшественников, либо, сам того не ведая и не желая, невольно заденет локтем кого-нибудь из своих сегодняшних собратьев.

И не заметишь, как, сочиняя и компонуя совершенно новые и оригинальные, по твоему убеждению, характеры, ситуации, общественные коллизии и перипетии, ты только повторяешь их за кем-то, как за матерью молитву; или, вернее, создавая, как тебе кажется, нечто совершенно оригинальное, ты только неуклюже оживляешь нечто, уже бывшее. Часто даже и сам не знаешь, что вовсе не новое написал произведение, а всего лишь из калейдоскопа старых безделушек склеил новый образ, новое целое склепал из давних, сто раз использованных составных частей, как бы невольным обширным своим комментарием пожелал документально подтвердить слова Гете: «Кто может придумать что-либо умное или глупое сверх того, что придумано прежде другими?»

«Но к чему вы ведете? - спросит, быть может, читатель. - Рекламируете ли собственный роман или покорно признаетесь в отсутствии оригинальности?»

О, будь спокоен, ни то, ни другое! Если говорить с откровенным чистосердечием и чистосердечной откровенностью, то, поверь мне, все эти уместные и неуместные излияния и замечания вызваны попросту плохим настроением; хочу я этого или нет, я вынужден начать свой роман со встречи в корчме, самом распространенном в наших романах месте встреч и случайных или преднамеренных свиданий.

Увы, бог свидетель, я не мог поступить иначе. Утешаюсь лишь тем, что корчма займет у меня в романе самое заурядное место, Тогда как в жизни она играет далеко незаурядную роль.

Корчма эта расположена у наезженного большака, в четверти мили от маленькой деревушки Рычиховой; каменная и крытая гонтом, она как бы нарочно выдвинулась в развилке между Самборским и Пшемысльским округами, с тем, чтобы прославиться в обоих.

В самом деле, и в Самборском и в Пшемысльском округах вряд ли кто не знал рычиховской корчмы хотя бы по названию и не мог, хотя бы понаслышке, рассказать того-сего о ее почтенном арендаторе. Корчма и арендатор составляли здесь, как нигде, единое целое, так что невозможно себе даже представить одно без другого: кто вспоминал корчму, тут же вспоминал и горбатого Хаима, прозванного «Органистом». Постройка еще не была крыта гонтом, а он уже поместил в ней стойку, расставил свои горшки, фляжки, кварты и кружки и, окрестив будущее жилище корчмой «У Органиста», шинкарил с тех пор и по сей день с беспримерным в околице успехом.

Когда бы ты ни проехал этой дорогой - днем ли, ночью ли, в обычный или праздничный день, на ярмарку или храмовой праздник,- всегда в сенях и у входа толпился народ, людно и шумно было в самой корчме и в задней

Оставить комментарий:


Ваш e-mail является приватным и не будет опубликован в комментарии.