Библиотека knigago >> Справочная литература >> Справочники >> Дыши, сынок, тишиной

Иван Александрович Мордвинкин - Дыши, сынок, тишиной

Дыши, сынок, тишиной

На сайте КнигаГо можно читать онлайн выбранную книгу: Иван Александрович Мордвинкин - Дыши, сынок, тишиной - бесплатно (полную версию книги). Жанр книги: Справочники, Религия и духовность: прочее, год издания - 2022. На странице можно прочесть аннотацию, краткое содержание и ознакомиться с комментариями и впечатлениями о выбранном произведении. Приятного чтения, и не забывайте писать отзывы о прочитанных книгах.

Книга - Дыши, сынок, тишиной.  Иван Александрович Мордвинкин  - прочитать полностью в библиотеке КнигаГо
Название:
Дыши, сынок, тишиной
Иван Александрович Мордвинкин

Жанр:

Справочники, Религия и духовность: прочее

Изадано в серии:

неизвестно

Издательство:

SelfPub

Год издания:

ISBN:

неизвестно

Отзывы:

Комментировать

Рейтинг:

Поделись книгой с друзьями!

Краткое содержание книги "Дыши, сынок, тишиной"

Рассказ об ударах судьбы. О том, кто эти удары наносит и о простом способе преодолеть Божьи испытания. О великой тишине, в которой обитает Сам Бог.


Читаем онлайн "Дыши, сынок, тишиной". Главная страница.

Иван Мордвинкин Дыши, сынок, тишиной

Вся семья о. Тихона собралась за столом под шум проливного дождя, который уже сутки напролет бубнил о железную крышу. Но ни какому ливню не перекричать семейной радости.

Стол у матушки укрылся красиво и празднично: все, что в печи — на стол мечи! Даже раскупорила свои крепенькие пупырки-огурчики и отборные грибочки с оливковым маслицем, которые приготовляют в семье о. Тихона к Великому посту и не достают из погреба даже в Рождество.

Малыши, правда, косились на кремовый торт, нетерпеливо болтая ножками под столом и обдумывая возможность ткнуть в этот торт пальцем, как бы случайно, чтобы потом палец облизать.

Ну а близнецов-десятилеток Сашку и Лешку развели порознь, по “разным берегам”, чтобы праздничный стол не слишком пресыщался их шумными чудачествами и хохотом.

Катеринка и Полинка принарядились в сарафаны и пестрые косынки — значит будут петь.

Когда рассаживались, батюшка усадил Глеба на свое место, во главу, в “вершину семьи”, как он шутил, под святые иконы.

Поскольку повода в календаре не имелось, сомневаться нечего, такая напыщенность означала только одно — письмо пришло.

На отцовском огромном “троне” Глебушка неуютно сутулился и виновато улыбался. Но смущение лишь усиливало торжественную тревогу, за которой взорвется сердце великой радостью — поступил!

Глебушка с раннего детства преданными и внимательными глазами взирал на отца, на его великое дело священства, на иконостас в их маленькой сельской церквушке, на алтарь за иконостасом и на престол в этом алтаре. Там он видел Бога и слышал Его присутствие в величественной скорби Херувимской песни, когда на копьях вносят Царя, и весь мир затихает, потому что Бог с нами, и Он здесь.

Теперь Глеб взрослый самостоятельный студент-семинарист, пусть пока абитуриент, путь которого простирается отсюда, от этой милой родной семьи, от батюшкиной церковки через всю жизнь, аж за самую смерть в далекой старости, прямо к Богу, в Его Царствие.

Наконец, семья поднялась, и все спели “Отче наш”. Благословив трапезу, батюшка уселся на Глебушкино “десное” место, но к обеду не приступил — все ждали маму, которая выскочила в прихожую за чем-то “секретным” и тут же это “секретное” внесла в трапезную. На серебристом подносе она протянула батюшке конверт.

Ликующие девочки вскочили с мест и сорвали с собой малышей, бесплодно созерцающих недосягаемый торт. Те зашептались, припоминая плохо выученные места стихов. Готовились заранее, но малыши — они и есть малыши. С ними только смех.

Письмо передали Глебу. Он, то растерянно улыбаясь, то напуская на себя безразличие и серьезность, надорвал конверт по боку, вскрыл его краешком ножа, и вынул листок, пахнущий новой бумагой и краской. Семинарской бумагой и семинарской краской. Развернул лист и по всеобщему требованию и просьбе батюшки, поднялся и прочитал вслух:

— Уважаемый… — читал он в тишине, нарушаемой только шепотом малышей, которые выясняли, кто где должен стоять. — На конкурсной основе… Недостаточно баллов… Не удалось… Сожалеем.

Улыбка замерла на его лице и, уже не имея радости, онемела и поползла вниз, превращаясь в знамение неожиданного удара и разочарования. Глаза потускнели, а сам он сжался и как будто уменьшился, присел на краешек батюшкиного “трона”, такого неуместно большого для него, и отдал письмо отцу.

Малыши не сразу почувствовали произошедшее и всё подергивали Катеринку за подол сарафана, готовые петь и рассказывать праздничные стихиры своему Глебушке, который поступил в какую-то далекую и очень важную “семинамию”.

Глеб потупился, растерянно, как озабоченная хозяйка, оглядел праздничный стол, неуместно тепло улыбнулся отцу и матери, молча вышел из трапезной, накинул в прихожей легкую куртку и растворился в сумраке дождливого вечера за дверью.


К другому дню дождь поутих громыхать и пустился приплакивать серой моросью.

В саду, который крутогорно и скользко спускался к оплывшему оврагу, к вечно затененному раскидистыми ольхами песчаному ручью, всегда стояла тишина. Звуками ликующей или тоскующей, глядя по сезону, природы этот остывший райский угол переполнялся изобильно, но не шумом человеческой жизни. От того казался местом тихим и безмолвным.

Здесь, разложив учебники на грубом дощатом столе, Глебушка зубрил свою подготовку к поступлению. Здесь вышколил Слободского

Оставить комментарий:


Ваш e-mail является приватным и не будет опубликован в комментарии.