Библиотека knigago >> Литература по изданиям >> Самиздат, сетевая литература >> Диссоциация (СИ)


СЛУЧАЙНЫЙ КОММЕНТАРИЙ

# 859, книга: Колумбайн
автор: Дейв Каллен

"Колумбайн", написанная Дейвом Калленом, является мощным и проницательным журналистским расследованием одной из самых печально известных школьных стрельб в американской истории. Каллен, опытный журналист, использует архивные материалы, интервью с выжившими, родителями и друзьями стрелков, чтобы создать подробный портрет событий, приведших к трагедии в школе "Колумбайн" в 1999 году. Он развенчивает мифы, окружающие стрелков Эрика Харриса и Дилана Клеболда, и исследует...

(Rex_Noctis) - Диссоциация (СИ)

Диссоциация (СИ)
Книга - Диссоциация (СИ).    (Rex_Noctis)  - прочитать полностью в библиотеке КнигаГо
Название:
Диссоциация (СИ)
(Rex_Noctis)

Жанр:

Самиздат, сетевая литература

Изадано в серии:

неизвестно

Издательство:

неизвестно

Год издания:

-

ISBN:

неизвестно

Отзывы:

Комментировать

Рейтинг:

Поделись книгой с друзьями!

Помощь сайту: донат на оплату сервера

Краткое содержание книги "Диссоциация (СИ)"

«Диссоциация в норме — реакция на психологическую травму, сильное негативное переживание в условиях, требующих эмоциональной собранности и контроля над собственными действиями. Переходя к восприятию событий своей жизни как бы со стороны, человек получает возможность трезво оценивать их и реагировать с холодным расчётом».


Читаем онлайн "Диссоциация (СИ)". Главная страница.

– Ты отлично знаешь, что ты не взаправдашняя.

– Нет, взаправдашняя, – сказала Алиса и заплакала.

– Слезами делу не поможешь. От плача взаправдашней не станешь.

– Если бы я была не взаправдашняя, я бы тогда не умела плакать!

– Уж не хочешь ли ты сказать, что плачешь настоящими слезами?

Я знаю, что все это понарошку, – подумала Алиса, – и поэтому плакать – глупо.


(с) Льюис Кэрролл, «Алиса в стране чудес».


Ты должен найти решение в себе самом — почувствовать, что будет правильно. Научись доверять себе.


(с) Дэниел Киз, «Цветы для Элджернона»


Интерлюдия 0


Себастьян никогда не мог похвастаться крепким сном; его приучили вставать едва ли не вровень с полоской рассвета на горизонте. После нескольких лет бродяжничества не мог хвастать и сном долгим; это были времена, когда поздним вечером работа только начиналась.

«Это был другой человек, – сказал себе Себастьян, без особой радости глядя в наполовину пустую тарелку, – никчёмный. Неправильный».

«Правильно» было словом, определяющим нынешнее течение его жизни. Прежде чем что-то сделать, следовало думать о репутации и прочей подобной мишуре: отец воспитывал их с Ричардом так, словно они были не провинциалами средней руки, а расфранченными лондонскими лордами, из которых, говаривали, сплошь составлен двор короля Карла. Себастьян никогда не был при дворе (у отца попросту не было средств, чтобы отправлять детей ко двору), но, пожив в Лондоне, понял, что слухи были либо безнадежно устаревшими, либо преувеличенными.

«Не все ли равно, что обо мне будут говорить обитатели соседних имений, столь же невозможные снобы-провинциалы, сколь и папаша?»

Морщась с неудовольствием, Себастьян все же постарался отогнать неуместные мысли. Если бы было все равно, в смежной спальне не обреталась бы дочь лорда Холстеда, что б тому пусто было за такой дар. Да Себастьяна и вовсе бы не было в поместье отца – отсыпался бы сейчас (ранняя пташка или нет, а усталость берет свое), или учил бы очередного из бесконечной вереницы детишек Рут стрелять из лука. Или…

Он вздохнул и, с отвращением отодвинув от себя тарелку, покинул столовую. Портрет прадеда, в былые времена важного вельможи при дворе Елизаветы I, словно бы твердил постылое «Правильно» почти забытым старческим голосом. С недвижимых губ эта мантра срываться никак не могла, разве что притаиться, как в засаде, в их изгибе, или же в глубине узких серых глаз…

Хороший, должно быть, художник был. Ему до подобного мастерства еще расти и расти, особенно с поправкой на то, сколько времени кистей в руках не держал.

– Нэнси, – поднявшись на второй этаж, Себастьян негромко окликнул служанку, вышедшую из отцовской спальни и аккуратно прикрывшую за собой дверь. Та чуть вздрогнула и отвесила неуклюжий поклон: – Как он?

– Его светлости сегодня на порядок лучше, сэр, – Нэнси позволила себе заискивающе-робкую улыбку. Он даже смог улыбнуться в ответ, холодно и неохотно. Нэнси, как и прочая здешняя челядь, не испытывающая особой любви к «его светлости», все же искренне желала тому пойти на поправку. Себастьян не был ни совестлив, ни всепрощающ, и желать отцу лишнего здоровья не спешил.

– Я зайду к нему, а ты иди в столовую, – сам вид веснушек на лице девчонки бередил душу и выводил из себя, – да следи за сохранностью бренных останков фамильного серебра.

– Сию секунду, сэр, – Нэнси заторопилась вниз; среди прислуги действительно завелся нечистый на руку. Теперь Себастьян мог бы без особых усилий вычислить вороватого слугу, но не имел особого желания возиться с этим. Проще было дождаться, пока особо прыткие доложат на своего обогатившегося товарища управляющему Тревору.

Перестать воспринимать прислугу как людей, равных себе – вот это было сложнее.


– Басти, мальчик мой, – проговорил отец почти радостно. «Мальчик мой», подумать только.

«Да, Роберт, теперь ты радуешься при виде меня. Ведь настоящая твоя радость и гордость между вторым и третьим кувшином вина рухнула с лошади и свернула себе шею…».

Ему, конечно же, не хватало духу сказать это вслух – отец заслужил и более жестоких слов, заслужил

--">

Оставить комментарий:


Ваш e-mail является приватным и не будет опубликован в комментарии.