Марина Васильевна Медведева - Щит будущего

тех пор только человек мог управлять основными процессами жизнеобеспечения станций. Каждое действие требовало особого уровня допуска. Разгерметизация вообще стояла над уровнями. Даже Вера Березкина – начальник станции не могла в одиночку повредить целостность купола.

Вера вышла в коридор. Створки двери автоматически закрылись. Она прошла по серому полу до прозрачного лифта, коснулась рукой красной панели – дверь открылась. Вошла в лифт и спустилась вниз. Открыла дверь научного блока и вышла на «улицу». Высоко над головой серебрился купол. В воздухе, неустанно качаемом мощными компрессорами, носились легкие дроны – лампы точечного освещения. Большие дроны – птицы постоянно кружили в вышине и наполняли пространство под куполом общим рассеянным светом. Ночью по марсианскому времени «птицы» приглушали свет, а утром он загорался вновь и создавал ощущение множества солнц, сияющих в серебристом небе.

Вера шла по мягкой травяной дорожке, а перед ней летел дрон – бабочка и освещал путь. По обе стороны дорожки росли цветы, над которыми кружили настоящие пчелы. Пчелы собирали пыльцу и относили к ульям, откуда маленький робот—пчеловод забирал мед. Вдалеке за цветочными клумбами высились парники с овощами, высаженными на гидропонике. Замкнутый эко-мир станции имел собственные животноводческие хозяйства, птицефермы и пищевые комбинаты. «Заслон» создал для своих сотрудников комфортные условия обитания, приближенные к земным.

Вера достигла полукруглого здания, на котором светилась надпись «Администрация». Она подставила глаз. Сканер считал сетчатку, створка двери скользнула в сторону, и Вера прошла внутрь. Из отдела внутренних расследований (ОВР) доносился шум. Вера осторожно подошла к двери и заглянула.

Пять человек сидели вокруг стола из прозрачного пластика. Перед каждым висел голо-экран, на котором мелькали таблицы данных, графики, тексты. Сотрудники смотрели на экраны и при необходимости вносили пометки с помощью голо-клавиатур, мерцающих на столе. Под потолком кружила яркая лампа, рассеивающая свет. У стены виднелись пищевой и кофейный автоматы и небольшой утилизатор отходов. Сквозь окно открывался вид на парковку электрокаров.

– Протокол разгерметизации запустил ИИ, – кричал бородач в синем скафандре со звездой на спине – символом колониальной полиции. Цвета скафандров всех восьми станций отличались друг от друга. Но звезда – обязательный элемент костюма полицейского. Согласно Марсианскому Кодексу человек в «звездном» скафандре мог остановить любого из колонистов и проверить его данные. Всеобщая безопасность – прежде всего. Жизнь в замкнутом пространстве требовала постоянного контроля. Все участники проекта терраформирования осознавали важность мирного сосуществования и поддерживали меры правопорядка.

Бородатый глянул на дверь, увидел Веру и улыбнулся:

– Все под контролем, Вера Вячеславовна. Отсек загерметизирован. Причину утечки устанавливаем.

– Хорошо, Юра. Прошу найти виновного в течение суток, – Вера пристально посмотрела на Юрия Гринева, начальника ОВР. Молодой, амбициозный, но порой слишком эмоциональный для руководящей должности.

– Почему вы думаете, что протокол запустил ИИ, а не человек? – Вера прищурила зеленые глаза от яркого света.

– Ни у одного из людей нет такого уровня допуска. Протоколы охраны невозможно обойти вручную. Значит, это ИИ постарался и как-то перехитрил наши человеческие мозги.

– Не могу согласиться, – покачала головой Вера. – ИИ не столь изобретателен, как человек. В нем не заложено стремление обойти протоколы, нарушить правила. Он действует согласно прогнозируемым алгоритмам и легко контролируется. Ищите человека, Юра.

– Буду искать, Вера Вячеславовна, – Юра прерывисто дышал и обиженно глядел на Веру. Вера усмехнулась. Остался при своем мнении, но Вера – начальник. Придется исполнять распоряжение.

Она кивнула и вышла за дверь. Дальше на очереди был научно-инженерный блок станции. Вера спустилась вниз и подошла к стоянке небольших электрокаров. Села в кар, прижала палец к панели управления. Раздался мягкий голос:

– Пункт назначения.

– НИБ-45.

Спинка кресла выпустила ремень безопасности, и он крепко обхватил тело Веры. Кар повернул и выехал на пластиковую дорожку. НИБ-45 располагался на другом конце станции, время в пути – тридцать минут. Вера щелкнула пальцем по запястью – вызвала гало-экран станционной --">